Вы находитесь на зеркале основного сайта.
Через 5 секунд Вы будете перенаправлены на главный адрес: http://www.orthlib.ru.


О ПАСТЫРЕВОДИТЕЛЬНОМ ХАРАКТЕРЕ ТВОРЕНИЙ СВЯТИТЕЛЯ ДИМИТРИЯ, МИТРОПОЛИТА РОСТОВСКОГО

Иже во святых отец наш Святитель Ростовский Димитрий, преимущественно известен как бессмертный творец наших «Четьих-Миней», еще так недавно бывших любимым чтением нашего русского православного народа. В настоящее время Четьи-Минеи являются великим сокровищем для тех, которые еще не порвали связи с Церковью и в образах угодников Божиих, начертанных святою рукою Димитрия Ростовского, ищут себе путеводных звезд для получения вечного спасения.

Менее известен, хотя и имеет «достойно» и «праведно» звание «раскола искоренителя», Святитель Димитрий, как сильный борец против невежественного направления церковной жизни, представителями которого являются «старообрядцы». Против старообрядцев Святитель написал: «Розыск о Брынской вере», «Поучение о четвероконечном кресте», «Рассуждение об образе Божием и подобии в человеке» и др.

Первый и второй труд Святителя были книгами не только для доброго чтения, но и для борьбы с врагами Христовой Церкви. Болел Святитель этими нуждами и свои великие пастырские способности принес в жертву чистую для народа русского. Но этот маленький очерк об особой работе Святителя Димитрия для Христовой Церкви, мы посвящаем уяснению того великого дела Святителя, в котором он является навсегда учителем пастырей.

Жизнь Святителя, как самоотверженного, трудолюбивого подвижника христианства, является образцом для пастырей и архипастырей. Инок по призванию, горевший любовью к церковному уставу, церковному быту, Святитель Димитрий от юности до своей блаженной кончины был великим постником, вкушая пищу только для того, чтобы поддерживать свои телесные силы. Таким строгим иноком был Святитель и в исполнении иноческих обетов о нестяжательности, целомудрии, непрестанной молитве, постоянном чтении слова Божия и о постоянном труде. Свой небольшой досуг Святитель посвящал письменным работам во благо Церкви Христовой. Писать что-либо для Церкви было его насущною потребностью. Слова Господа об исполнении добрых дел в прославление Отца Небесного (Мф. V, 16) являлись для Святителя знамением всей его святой жизни. Будучи воистину светильником Христовой веры и жизни для всех своих современников, Святитель Димитрий и нам всем, пастырям, своею жизнью заповедует подражать ему, как он сам подражал Апостолам и самому Христу (1 Кор. IV, 16). Чуждый всякого тщеславия и самопревозношения, Святитель Христов горел желанием переливать богатство своего внутреннего содержания в души своих сопастырей и пасомых, поэтому он и является. великим проповедником не только для своего времени. И. в настоящее время его проповеди, особенно те, в которых Святитель отказался от схоластических приемов ораторствования, производят неотразимое впечатление своею жизненностью, ясным изъяснением Божиих заповедей, убедительностью и ярко выраженною заботливостью о том, чтобы его слушатели стали на путь, ведущий к вечному спасению. О заповедях любви к Богу и ближним Святитель в последние годы своей жизни говорил так проникновенно, что его проповеди вызывали слезы и возбуждали доброе стремление в слушателях исполнить то, что говорил великий наставник.

Житие Святителя повествует нам, что он не оставлял ни одной Литургии без своего поучения, вспоминая слова св. Апостола Павла: «Горе мне есть, аще не благовествую» (1 Кор. IX, 16). Восстановляя образ этого неустанного проповедника слова Божия, хочется сказать словами Апостола Павла: «Поминайте наставники ваши, иже глаголаша вам слово Божие: ихже взирающе на скончание жительства, подражайте вере их» (Евр. XIII, 7).

Из жития Святителя Димитрия известно, что ему в Ростовской кафедре много огорчений причиняли невежественные и нерадивые священники. Поэтому он немедленно открыл в Ростове пастырскую школу и много сил и здоровья употребил на то, чтобы из нее выходили для Церкви Христовой просвещенные пастыри, способные назидать свою паству и жизнью и поучениями. Приготовляя из своей школы добрых пастырей Святитель заботился о воспитании в них духа истинного пастырства. И лично, и своими поучениями, и словами Святитель Христов старался возбудить в них усердие к проповеданию слова Божия, заставлял их изучать слово Божие и непрестанно трудиться над своим самообразованием. Прежде всего, — учит Святитель своих священников, — пастырю подобает быть разумным и учительным. Ибо как он может вразумлять неразумного, если сам будет неразумен? Как он может быть учительным, если сам не учен и не знает силы святого Писания? Разве слепец может вести правильным путем слепца: не упадут ли они оба, по слову Христа, в яму? (Мф. XV, 14), — так вопрошает Святитель в своем «Слове о пастырстве». И сам же Святитель отвечает: «посему пастырю прежде всего необходимо быть разумным и учительным». «Прежде всего, — учит Святитель в том же слове, — пастырь должен приобрести духовную премудрость, смысл, учительский разум, которые Бог желает видеть в устах иерейских, ибо Он говорит в пророческих Писаниях: «устне иереовы сохраняют разум, и закона взыщут от уст его» (Мал. II, 7). Нестяжавший духа премудрости, неучительный служитель Божий и пастырь душ человеческих нем, а вместе и мертв». «Горе молчащему пастырю, горе языку его, не проповедующему слова Божия и не учащему». (То же слово). «Во все воскресные и праздничные дни иерей пусть поучает в церкви народ из святых книг, присоединяя по возможности и от своего разума полезные советы». (Поучение иереям). И много подобных мыслей рассеяно в творениях Святителя Димитрия, горячо желавшего с своих пастырях видеть добрых и разумных сотрудников. Он пишет: «О спасении душ человеческих иерей должен заботиться всякими видами и днем и ночью так же, как и о своей душе, чтобы по небрежности его не погибли словесные овцы Христовы, за которых придется ему дать ответ Христу Богу в день судный».

Святитель, настойчиво внушая своим пастырям полную необходимость для них неустанно проповедывать слово Божие, вместе с тем учит тому, чтобы жизнь их соответствовала тому великому званию, которое они получили по милости Божией, и тому небесному учению, которое они вещают в своих поучениях народу. «Великое учение, подкрепляемое исполнением на себе самым делом слов учительных, есть чистое злато. Люди приемлют пользу не столько от изреченных слов, сколько от добрых дел учителя своего и от добродетельной его жизни. Глас дел громче и действеннее, нежели глас слова. Учителю прежде всего потребно самому быть прилежным исполнителем закона Божия, исполнителем добрых дел, и затем уже учить других». Такие слова находим мы у Святителя в слове, посвященном памяти архимандрита Иннокентия Гизеля. А в «Слове к пастырям» мы читаем: «Учить словесных овец подобает не только словом, но и образом доброй жизни в Боге». «Говорящий, а не делающий, подобен грому, бывающему в облаках без дождя во время засухи». По поводу изречения св. пророка Малахии: «Да текут учений рек и от уст иереовых, яко той есть ангел Божий», — Святитель говорит: «Учительство и ангельство поставляются вместе: пастырь должен иметь в устах и слово учительное и хранить житие ангельское, святое, непорочное». Завещает Святитель пастырям быть в трудах постоянных: «Горе тому пастырю, который ищет только чести пастырской, а подобающего ему труда не подъемлет». «Горе пастырю, который ищет только своей выгоды, а об овцах не радит...» «Много труда и попечения и бодрости требуется пасущему человеческие души» и т. п.

Все эти речения Святителя Димитрия в той или иной мере, должны быть известны проходящему пастырское звание и вступающему на это великое дело. Но в «Слове к пастырям» мы находим еще и то, о чем нам в Семинариях и Академиях не говорили, а если и говорили, то только вскользь, а не как о самом существенном. «Пастырю, — говорит Святитель, — недостаточно многоочито наблюдать за своим стадом: он должен бодрственно смотреть и внутрь самого себя, в глубину своей совести: не зазрит ли его в чем-нибудь совесть». Эта мысль Святителя о пастырском делании имеет весьма глубокое значение. Святитель призывает пастырей Церкви к постоянному наблюдению над самим собою. Недостаточно пастырю видеть и обличать своих духовных детей, — он должен быть сам «духовно опытным», т. е. опытно познать силу греха в самом себе и опытно же знать, как побороть эту силу греха, чтобы научить своих духовных детей, как избавиться от того или иного порока. И когда пастырь, следуя завету Святителя Димитрия будет смотреть внутрь себя, то и его наставления пастве примут особую благодатную силу. Он будет говорить то, что сам пережил, и сердца прихожан воспримут его (поучение, как поучение любящего их духовного отца. Исправляя свою жизнь по назиданиям пастыря, они научатся бороться с грехом.

И думается нам, что Святитель Димитрий, глубоко понимавший задачи пастырского служения, свои 33 главы «Алфавита Духовного» писал именно как назидание пастырям.

«Алфавит Духовный» Святителя Димитрия, несмотря на свою краткость, безмерно богат своим содержанием. Сам аскетически настроенный, глубоко изучивший творения наших аскетов, Святитель в «малой книжице», как он называет своей Алфавит, дает психологический разбор пороков и указывает средство борьбы с ними. Сия «малая книжица», — пишет он в предисловии к Алфавиту, — была начертана наиболее к поощрению исполнения заповедей Божиих, да усердно исполняем их... Если же обретется кто, соизволит и окажет усердие, да примет сию книжицу для всегдашнего поощрения и возбуждения себя против насило-вания страстей. Не только для познания сие все начертано, но дабы мы принимали в себя всегда возбуждение и поощрение, ибо непрестанно леностью, нечувствием, самомнением, гордынею, сластолюбием и прочими различными страстями одолеваемся».

Действительно, при частом и внимательном чтении этого бессмертного творения Святителя Димитрия, чувствуешь справедливость слов, высказанных Святителем в предисловии. «Алфавит Духовный» воистину имеет силу всегдашнего «поощрения и возбуждения себя против насилования страстей».

И тут невольно вспоминается, что мы в наших Семинариях, Академиях не имели почти никакого понятия об этой «малой книжице», и только некоторые из нас, заходя в своих деревнях к какому-либо благочестивому старцу-грамотею, читавшему «Четьи-Минеи» на славянском языке, видели у него в переднем углу рядом с иконами большой листе перечислением в алфавитном порядке духовных доблестей и пороков, а в разговоре со старцем узнавали, что кроме этого краткого Алфавита есть еще пространный «Алфавит Духовный» в 33 главах которого Святитель Димитрий учит, как бороться с пороками и со страстями, чтобы «сколько лет во плоти пробыл Господь, столькими 33 главами, прочитавши их, и оставивши младенческие мудрования, потщимся мы придти и достигнуть в «мужа совершенна, в меру возраста исполнения Христова» (Еф. IV, 13).

В этом очерке мы не думаем подробно излагать содержание 33 глав «Алфавита Духовного». Каждому пастырю надо их читать, вдумываться в них и приобретать духовный опыт «в меру возраста исполнения Христова»; этим своим духовным опытом делиться со своими духовными детьми, самому идти и детей своих вести в Царствие Небесное. А какое богатство духовное заключается в этом великом творении Святителя! Кажется, только особою, от Бога данною благодатною мудростью и можно объяснить обилие духовных советов в этой «книжице». Он — наш Святитель — как будто задался простою задачею указать всем, что для вечного спасения нужно хранить заповеди Божий. Но говоря об этом, Святитель Димитрий глубоко проникновенно выясняет, что заповеди Божий даны нам не для внешнего (иудейского) исполнения, а для очищения сердца. «От сердца бо исходят помышления злая» (Мф. XV, 19). И у Святителя в каждой главе его «Алфавита» изъясняется положительная сторона исполнения заповедей Божиих и тут же указывается, какие препятствия ставятся нашим растленным лукавым умом, чтобы глубокий спасительный смысл заповеди превратить в чисто фарисейское исполнение этой заповеди, какие препятствия ставит нам плоть наша ленивая, сластолюбивая, какие соблазны делает диавол тем, кто хочет добре трудиться в исполнении заповедей Божиих.

Кто хорошо знаком с духовными советами Антония Великого, Макария Египетского, Исаака Сирина, Ефрема Сирина и других великих аскетов нашей Православной Церкви (не говорим уже о творениях Василия Великого, Григория Богослова, Иоанна Златоустого, Афанасия Великого) и с другими бессмертными творениями золотого века нашей церковной сокровищницы, тот ясно увидит, что «Алфавит Духовный» содержит в себе краткое учение великих отцов и учителей нашей Церкви о борьбе со страстями и пороками в пути достижения «меры возраста Христова». Эта «книжица» является великим пособием для всякого христианина, и для пастыря Церкви преимущественно. О чем только не говорит в «Алфавите Духовном» наш Святитель: о разумном чтении слова Божия, о непрестанном подвиге, посте и воздержании, о борьбе с плотскими похотями, блуде в его многоразличных видах, о пристрастии к земным вещам, тщеславии, обманчивости славы земной, страшном грехе гордыни, смирении, неосуждении, памятовании своих грехов и об ответственности за них, о смертной памяти, постоянном покаянном чувстве, о сребролюбии, зависти, ненависти, гневе, терпении, радостях и скорбях в печалях, о полной любви ко всем людям и к врагам; о постоянном уповании на Господа, постоянном труде для Господа и для ближних, и как о верхе всех добродетелей, — о беззаветной любви к Господу». «Сие только одно необманчиво, — пишет Святитель в конце 33 главы своего «Алфавита», — возлюбить одного Бога всем сердцем своим, всею душею своею и всею крепостию своею, к Нему прилепиться и ничего не предпочитать Его любви». А после 33 главы Святитель поместил свои взывания (вопияния) к Богу, в которых просит Господа, чтобы Он Своею благодатию укрепил его сердце в любви к Нему, Сладчайшему Иисусу.

И все мудрые советы Святителя в его «Алфавите» преисполнены великой любви «к любезному читателю» и желания, чтобы пастыри и все христиане проникались тем великим учением, которое заключается в «Алфавите». Не монашеское житие здесь проповедуется, а дается напоминание о чистой жизни по Евангелию, какою должна украшаться жизнь каждого священника. Ведь эта жизнь по Евангелию дает дерзновение на получение милости Божией в загробной жизни. Худая жизнь пастыря не дает ему силы понимать слово Божие, — и проповеди такого пастыря будут только говорением, а не благодатною силою для привлечения его духовных детей в Царство Небесное. Святитель Тихон Задонский в «Сокровище духовном» пишет: «О возлюбленный пастырь, свет еси миру! Свети убо не только словами, но житием твоим. Соль еси земли, берегись обуять, да не и прочий, смотря на тебя, обуяют. Вступил ты, возлюбленне, в звание и должность Апостольскую, подражай убо учением и житием Апостолам, да и с ними участие на вечере оной будешь иметь, и многих за собой повлечешь» (т. IV, М. 1889, стр. 337). А современный нам пастырь, о. Иоанн Кронштадтский, в своем Дневнике написал: «Священник, как Ангел Господа Вседержителя, должен быть выше всех страстей и возмущений духа, всех пристрастий мирских или суетных страхов, наводимых от бесов: он должен быть весь в Боге, Его одного любить и бояться (т. V, СПБ, 1889, стр. 175).

На слове Божием, на творениях христианских аскетов основывается все пастыреводительное учение творений Святителя Димитрия Ростовского.

Думается, что и современные пастыри получили бы большую пользу, если бы прониклись духом того небесного учения, которое заключается в подвижнической жизни, во всех творениях Святителя и особенно в его «Алфавите Духовном».

Архиепископ Новосибирский и Барнаульский Варфоломей


Hosted by uCoz